1964
Кресты
Арсенальная набережная, д.7
Сквозь намордник пройдя, как игла,

и по нарам разлившись, как яд,

холод вытеснит ночь из угла,

чтобы мог соскочить я в квадрат.

Из стихотворения «Перед прогулкой по камере» И. Бродского

С января 1963 года по март 1964-го Бродский сидел, здесь, в «Крестах», на Арсенальной набережной, в камере номер 104 по надуманному обвинению в тунеядстве.

Когда-то на месте нынешних «Крестов» располагался так называемый «Винный городок». В 1884 году Николай II распорядился строить здесь новую большую тюрьму. Арестанты сами себе строили заточение. По задумке архитектора А. Томишко два главных здания были построены в форме крестов и служили напоминанием заключенным о раскаянии или же, когда раскаяния не происходило, о кресте, поставленном на собственной судьбе.

Бродский так вспоминал:

Чисто визуально «Кресты» - это колоссальное зрелище. Я имею в виду не внутренний двор, потому что он довольно банальный. Да я его и видел, работая в морге. А вот вид изнутри! Потому что эту тюрьму построили в конце XIX века. И это не то чтобы арт нуво, но все-таки: все эти галереи, пружины, проволока... Похоже на Путиловский завод. Красный кирпич везде...

Бродский очень переживал свой первый арест:

Когда меня вели в «Кресты» в первый раз, то я был в панике. В состоянии, близком к истерике. Но я как бы ничем этой паники не продемонстрировал, не выдал себя. Во второй раз уже никаких особых эмоций не было, просто я узнавал знакомые места. Ну а в третий раз это уж была абсолютная инерция

Здесь, в «Крестах», у Бродского случился первый сердечный приступ, после чего он на протяжении всей оставшейся жизни болел и достаточно рано ушел из жизни.

Устроители тюрьмы постарались сделать атмосферу такой, чтобы заключенные ощущали страх и подавленность. Может именно они распространили легенду, что здесь была секретная камера. В тайной одиночке был заточен архитектор комплекса за случайную оговорку в докладе царю. А. Томишко сказал Николаю II: «Я вам тюрьму построил…». До сих пор могила архитектора так и не найдена.

«Кресты», как, впрочем, и другие тюрьмы при царском режиме, и в советское время зачастую использовались не только для заточения «злодеев», но и для того, чтобы изолировать от общества неугодных политиков и «инакомыслящих». На Арсенальной набережной сидели в разные годы Лев Троцкий, Александр Керенский, Владимир Набоков (отец известного писателя), Олег Григорьев, Лев Гумилёв, ну и Бродский, о котором идёт речь.